Фольклор

Записи с меткой «стихи»

сказка — это рассказ о прошлом, иногда очень отдаленном. история изображает действительность в обыденных формах, хотя при этом обязательно используется обман, а иногда даже фантастика. Основное назначение преданий — сохранять память о национальной истории. Предания стали записываться прежде многих фольклорных жанров, так как были важным источником для летописцев. В большом количестве предания бытуют в устной традиции и в наши жизнь.

Предания — это "устная летопись", жанр несказочной прозы с установкой на историческую достоверность. Само выражение "предание" означает ‘передавать, сохранять’. ради преданий характерны ссылки на старых людей, предков. События преданий концентрируются вокруг исторических деятелей, которые независимо через своего социального положения (будь то царь или предводитель крестьянского восстания) предстают чаще только в идеальном свете. Любое предание исторично в своей основе, потому что толчком к его созданию всегда служит настоящий факт: война с иноземными захватчиками, крестьянский бунт, крупное строительство, брак на царство и проч. Вместе с тем история не тождественно реальности. Как фольклорный жанр оно имеет право для художественный вымысел, предлагает собственную интерпретацию истории. Сюжетный вымысел возникает для основе исторического факта (например, после пребывания в данном пункте героя предания). Вымысел не противоречит исторической правде, а, вопреки, способствует ее выявлению. В июле 1983 г. во время фольклорной практики студенты МПГУ в подмосковном Подольске записали от А. А. Воронцова, 78 лет, предание о происхождении названия этого города. Исторически точный, что Петр I посещал Подольск. Предание выражает негативное отношение народа к его жене-иноземке (Екатерине I), для которой законная царица была сослана в монастырь (см. в Хрестоматии).

Известны два основных пути создания преданий: 1) обобщение воспоминаний; 2) обобщение воспоминаний и их оформление с использованием уже готовых сюжетных схем. Второй путь характерен ради многих преданий. Общие мотивы и сюжеты переходят из века в век (иногда как мифы сиречь легенды), будучи связываемы с разными событиями и лицами. Существуют повторяющиеся топонимические сюжеты (например, о провалившихся церквах, городах). Обычно такие сюжеты окрашивают повествование в сказочно-легендарные тона, однако они способны передавать который-то важное для своей эпохи. Прочитать остальную часть записи »

На протяжении истории мифы подвергались значительной переработке. Афанасьев выделил три принципиально важных момента.

Во-первых, раздробление мифических сказаний". "Большая параграф мифических представлений индоевропейских народов восходит к отдаленному времени ариев; выделяясь из общей массы родоначального племени и расселяясь по дальним землям, народы, вместе с богато выработанным словом, уносили с собой и самые воззрения и верования".

Во-вторых, "низведение мифов на землю и прикрепление их к известной местности и историческим событиям". "…Поставленные в условия человеческого быта, воинственные икона утрачивают свою недоступность, нисходят на степень героев и смешиваются с давно усопшими историческими личностями. сказка и история сливаются в народном сознании; события, о которых повествует последняя, вставляются в рамки, созданные первым; поэтическое предание получает историческую окраску, и мифический связка затягивается еще крепче". Прочитать остальную часть записи »

У многих народов существовали мифологические образы культурных героев, связанные с охотой, открытием огня, металла, полезных растений, с созданием орудий труда. В русских былинах и сказках сохранились мифологические сообразно происхождению образы охотника, пахаря, кузнеца. Волшебная сказка знает чудесных искусниц, способных одним зерном накормить весь белый сияние, из одной нитки напрясть полотна на весь мир…

В синкретичном фольклоре древних смысловое важность слов играло второстепенную роль. Поэтические произведения не имели сколько-нибудь твердого текста, более устойчивы были ритм и мелодия. Мифологическое суть передавалось самим действием, обряд выступал как инсценировка мифа. Мифы в их словесном выражении возникали как объяснение к обряду. В славянской культуре реконструируется так называемый "основной миф": о поединке бога грозы (Перуна) с его змеевидным противником (Белесом). аллах-воин освобождает женщину (мать, сестру, невесту), обреченную на гибель и находящуюся во начальство змея. Этот сюжет присутствует в большинстве волшебных сказок, в былинах и проч., его отголоски сохраняются в обрядах. Реконструируется также генеалогический миф о происхождении древнерусских князей через царя-солнца Даждьбога (былинный князь Владимир именуется Красное солнышко). Один из наиболее древних — близнечный миф (о божественных братьях-близнецах). В целом учение славянской мифологии еще не восстановлена.

С мифологией были связаны инициации (от лат. initiatio — "совершение таинств, посвящение") — обряды родового общества, обеспечивающие посвящение, переход его членов в новую половозрастную группу (поэтому их также называют посвятительными, переходными). Важнейшей женской инициацией было посвящение девушек в матери рода, мужской — посвящение юношей в охотники (позже — в воины). Фольклорно-этногра-фический вещь восточных славян содержит многочисленные следы этих инициации. Свидетельства о древнерусских обрядах и обрядовых песнях приводят летописи. Прочитать остальную часть записи »

От мифологии сказка унаследовала два типа героя: "вышний" (богатырь) и "низкий" (дурачок); самой сказкой порожден третий вид, который можно определить как "заоблачный" (Иван-царевич). Герой любого типа, как правило, является третьим, младшим братом и носит отчество Иван. Уже само по себе это имя развило больше 150 производных форм, а в сказке оно еще и дополнялось прозвищами (царевич, глупец, Медвежье ушко…). Происходя от библейского Иоанн, это имя порядочно веков было самым распространенным на Руси: каждый четвертый мужчина звался Иваном. И на московском престоле примерно сто лет находились Иваны (Иван Грозный в общей сложности 51 год, а дед его, тоже Иван, 43 года). Наиболее древний тип героя — геркулес, чудесно рожденный от тотема. Наделенный огромной физической силой, он выражает раннюю стадию идеализации человека. Вокруг необычайной силы богатыря как его главного качества и развивается содержание, кульминацией которого становится подвиг героя в битве со Змеем (в сказках: "Бой на калиновом мосту", "герой Змея", "Змееборец Кожемяка", "Три подземных царства", "Ка-тигорошек" и др.). Образ дурачка характерен для сказок "Сивко-Бурко", "вершина-горбунок", "Незнайка", "По щучьему велению". Он сочетает в себе неприглядный внешний поверхность и подчеркнуто выделяемую красоту внутреннего мира. В этом типе героя особенно заметна важная идейная установка жанра: проверка нравственных качеств одариваемого человека. Герой волшебной сомнение проходит не только через фантастические испытания, но и после испытание доброты, трудолюбия, отзывчивости, терпеливости, смелости, уважения к старшим. Это испытание он также выдерживает. Философский смысл жанра позволительно определить так: наделение обделенного, но достойного.

Особенно характерен ради волшебной сказки Иван-царевич — образ, который выразил последний исторический этап идеализации человека. Сказочная царственность — это опоэтизированная мечта народа о предельно возможном личном благополучии и счастье. только такое представление могло возникнуть только в социально развитом обществе, когда появилось историческое мысль о царях. Образ Ивана-царевича характерен для сюжетов "Царевна-лягушка", "Медный лоб", "Молодильные яблоки", "Чудесные дети", "Волшебное зеркальце" ("Мертвая царевна") и многих других. В поздний промежуток волшебно-сказочный царь иногда наделялся конкретными социальными и историческими признаками, сколько свидетельствовало либо о разрушении традиционной поэтики, либо об эволюции волшебной сказки в новеллистическую, например "красивый-жена" ("Пойди туда — не знаю куда…"). Волшебная сказка знает однако три типа главного героя в женском варианте (Царь-девица, царевна, падчерица). Но таких сюжетов капелька, более всего распространены сказки о падчерице. Основная роль героини волшебной сомнение — быть помощницей жениха или мужа. Такая сюжетная роль, идущая через древнего обычая активного поведения женщины в выборе жениха, повлияла на содержание образа сказочной царевны. Она — волшебница, родственно связанная с чудесными силами: солнечным миром (Золотоволосая Елена), морской стихией (Марья Мо-ревна, прекрасная королевна), тридесятым царством (царевна-лягушка). Ее родные братья — Ветер; ветер и Буря — являются, если дунуть в волшебный рожок. только самое ценное в образе невесты то, что она непременно красавица и царевна. Сказка наподобие будто не находит слов, чтобы передать ее красоту: "Зрел бы, смотрел, очей не сносил!" Женитьба для ней — предел желаний героя.

Связанная по происхождению с древними инициациями и с вечной мечтой человека о счастье, вымысел сохранила в своей глубине жизненно важную идею продолжения человеческого рода. В мифологии магический призыв плодородия отождествлял человека, растительный и животный мир, соединял всегда живое по признаку жизни. В волшебной сказке весь ее чудесный космос (животные, растения, богатыри-великаны — Дубыня, Горыня, Усыня; чудесные искусники — Объедало, Опивало, Мороз-трескун; чудесные предметы) — сплошь мир объединен общим желанием помочь герою, увенчать путь его испытаний свадебным пиром. Подчиняясь сложившимся формальным законам жанра, сказка создала новые чудесные образы подобно художественное воплощение мечты об облегчении труда, о материальном изобилии, о свободе и счастье. Еще не зная самолетов, поездов, машин, телевидения, человек по-своему рассказывали обо всем этом в сказках. Ковер-самолет, сапоги-скороходы, зеркальце — весь мир покажу и многое другое родилось чистый предвидение облика будущего мира. Прочитать остальную часть записи »

Духовные стихи — это такой подобие народной поэзии, который всегда был странствующим, бродящим из конца в конец России, не прикрепляясь ни к который отдельной местности. Носителями и, вероятно, создателями многих духовных стихов были калики перехожие. Слово "калика", по общепринятому мнению, происходит через лат. caligae — так называли страннические сапоги с низким голенищем. Калики перехожие — паломники по святым местам и монастырям. А. Н. Веселовский считал, что традицию пения духовных стихов наши калики переняли через ходивших на Русь с юга богомильских странников и прочих проповедников еретических учений раннего средневековья. П. Бессонов заменил в своем известном сборнике "Калеки перехожие" слово "калики" на близкое, зачастую в устном произношении (при разных вариантах ударения) неотличимое от принятого в древнерусской письменности: этим он подчеркнул, что в XIX в. колоратура духовных стихов было "профессией" бродячих слепцов. Прочитать остальную часть записи »