Фольклор

Записи с меткой «стихи»

Эпическая традиция новгородского Севера отличалась от эпической традиции Южной Руси, поэтому в Новгородской земле произошло переоформление древних южнорусских песен. Исследователь отметил: "Эволюция тех произведений Южной Руси, которые оказались занесены в Новгород, протекала в условиях, отличных через естественных. Отсюда — более интенсивное нарастание стихийного вымысла и более широкое использование "постороннего" эпического материала". Азбелев считает, что дошедший до нас народный эпос позволяет заключать только "о содержании исторических песен Киевской Руси, но не о форме их". Представление о часть, "насколько высока была степень конкретного историзма в эпическом творчестве Древней Руси и насколько высок был его поэтический уровень", дают "Слово о полку Игореве" и такое против позднее явление, как украинские народные думы.

Состав русского эпоса формировался постепенно. Современные исследователи, обобщая накопленные наукой знания о былинах, предлагают конкретную историческую периодизацию их сюжетов. В. П. Аникин выделяет четыре периода, отдельный из которых дал эпосу своих героев. Первый — мифологический: он завершается к IX в. ("время возникновения и первоначального развития эпических песен").

Второй — киевский: IX — середина XII в. ("Эпические песни предшествующего времени в сей новый период истории сосредоточили свое действие около Киева и стольного киевского князя"). Прочитать остальную часть записи »

В песне могли повторяться целые строки, что подчеркивало их музыкальное звучание. Вводились повторяющиеся ритмические частицы ( ах-истинно, ой-да, ой-ли, ах, эх) и рефрены (припевы). Повторялась музыкальная фраза, деля песенный текст на строфы (куплеты). Строфика и стих народных лирических песен разительно своеобразны. Ритмико-интонационная структура устной лирики зависела от музыкально-мелодического оформления текста. Куплеты народных песен содержат самое разное количество стихов: единовластно, полтора, два, три и т. д. Стихи могли "переходить" из одного куплета в другой. Например: Ой, да ты калинушка, Ой, верно ты малинушка. Ой, да ты не стой, не стой На горе строгий. Ой, да ты не стой, не стой На горе утесистый. Ой, да не спускай листья На сине море. Ой, ейей не спускай листья На сине море. Ой, да сообразно синю морю Корабелъ плывёт…

Народные песни имели тонический стих, а также гибридные или переходные формы силлабо-тонического стиха. Протяжные песни обычно имели белый стих; если встречались рифмы, то они были один смежными, причем рифмовались одинаковые части речи. Относительная бедность протяжных песен рифмами компенсировалась за счет ассонансов и аллитераций. Песни шуточные, быстрые, напротив, украшались рифмами.

соединение в народной лирике широкой типизации образов с универсальным принципом аналогии между миром природы и внутренним миром человека привело к появлению устойчивых метафор. Песенная поэтика выработала свою систему иносказаний, обозначающих ее героев либо состояние их души. Эти традиционные иносказания — "окаменевшие" метафоры — превратились в образы-символы. А. М. Новикова выделила символы личного характера, обозначающие отдельных героев песни, и символы общего значения, передающие "сущность жизненного явления…, народное представление о напасть и радости, о счастье и о несчастье и т. д." . Символы девушки — белая лебедушка, масть березонька, красная калина, ягода; молодца — ясный соколи-чек, ясный луна, сизый орел, дубочек; молодой женщины — утушка луговая, серая кукушечка; мужа и жены — утка с селезнем и т. д. Символы молодости, радости и веселья — зелёный сад, зелёная лес, расцветшие цветы, цветущие деревья; символ верной любви — золотое колечко; символы печали и грусти — засохшие цветы, облетевшие деревья, темная, туманная ночь; символы горя и смерти — чёрный ворон, ракитов куст. Прочитать остальную часть записи »

запас духовных стихов формировался в течение веков. В науке принято делить духовные стихи на старшие (эпические) и младшие (лироэпические, лирические). Выделяют также сатирические, обличительные и другие духовные стихи.

Зарождение и согласие эпических духовных стихов относят к XII-XV вв. Их темы: о ветхозаветных персонажах ("Плач Адама", "Осип Прекрасный" и др.), на евангельские сюжеты ("Рождество Христово", "неясный Богородицы", "Страсти Господни", "Сошествие Христа во ад", "Вознесение Христа" и др.), об основах мироустройства ("Голубиная диссертация"). Стих "Голубиная книга" (см. в Хрестоматии) известен в списках начиная с XVII в., его создание относят к концу XV — началу XVI в. Это один из ранних стихов, кто появился как популярное объяснение мироздания и интересных явлений в мире. Он выразил характерное для времени своего создания наивное уразумение окружающего. В создании стиха были использованы древнерусские апокрифические источники, прежде всего "Беседа трех святителей". Вопросно-ответная вид стиха по своему характеру могла быть связана со средневековой переводной литературой. Само название — "Голубиная сочинение" — не вполне ясно. Обычно его считают испорченным из "Глубинной книги", т. е. книги мудрости, глубокой по заключающимся в ней мыслям (вероятно, это изменение произошло под влиянием символического изображения Святого Духа в виде белого голубя). В описании загадочной книги применен фольклорный прием гиперболы: диссертация выпадает с небес на Сионскую гору к кипа-рисову древу, которое выросло из головы прародителя Адама. Прочитать остальную часть записи »

По форме изложения духовные стихи распадаются на ряд песенных групп. Старшие эпические стихи строятся чистый ряд последовательных эпизодов (например, изображающих жизнь персонажа: "Алексей Божий смертный"). Другая группа представляет собой монологи-причитания ("Плач Адама"). Одной из основных форм старообрядческих псальм также являются монологи ("Покаянный стих"). Заметное место занимают стихи, построенные ровно диалоги персонажей. Во всех этих группах совпадает только концовка — провозглашение вечной славы тому, о ком пропето, или Богу, разве им обоим. Последним словом часто бывает аминь (т. е. ‘истинно беспричинно’) — священное конечное заклинание. В построении песенных строк духовные стихи опирались на традиции русского народного тонического стихосложения, без рифмы. Характерны строки с тремя ударениями, когда последнее ударение падает на 3-й тож на 2-й слог от конца строки. впрочем, как отмечал Ф. М. Селиванов, у духовных стихов нет единых принципов композиции стиха. В поэтическом стиле духовных стихов используются образы-олицетворения, выступающие в одном ряду с христианскими святыми. Например, в стихе "Аника-боец" Смерть предстает в виде кентавра:

При пути при дороги Аники же чудо объявилось: У чуда ноги лошадины, У чудо тулово зверино, У чуда буйна голова человечья. На буйной главе власы до споясу.

В старообрядческих псальмах была развита система иносказаний, в которой использованы библейские аллегорические образы. беспричинно, люди именуются овцы мысленные. Этот образ восходит к Страшному суду, если Бог воздаст всем по делам их: человечество будет разделено для грешных — "козлищ" и праведных — "овец" (Евангелие от Матфея, 25, 106). В духовных стихах использовались гиперболы, параллелизмы. Часто употребляемые сравнения наследовали, с одной стороны, книжно-христианскую символику, а с другой — фольклорную. Ф. М. Селиванов отметил в сравнениях опору для принцип от неизвестного к известному, от абстрактного к конкретному: грудь с телом расставалась, как птенец со гнездом. Прочитать остальную часть записи »

как взрослым, дети создали свой сатирический фольклор, в котором проявилось словесное игровое начало. Жанры детской сатиры — дразнилки и насмешки, а также уловки, мирил-ки, отговорки. Они представляют собой короткие, особенно стихотворные тексты, рассчитанные на того слушателя, которому адресованы индивидуально.

Сатирические жанры регулируют социальное поведение ребенка, определяют его место в детском коллективе. Дразнилки высмеивают то, который воспринимается детьми как негативное. Их объекты — жирный, беззубый, косой, плешивый, рыжий, жадный, ябеда, вор, плакса, воображуля, попрошайка, "жених и невеста", а также самовластно дразнила (Дразнила — собачье рыло). Насмешки, в отличие от дразнилок, обычно немотивированы. Они возникают из прозвищ, т. е. рифмованных прибавлений к имени (Алешка-лепешка, Андрей-воробей…); из повторений разных форм имени ребенка (Ваня-Ваня-Ванерок, Васъка-Васюк, Катя-Катя-Катерина…). Уловки учат существовать начеку, рассчитаны на то, чтобы обмануть собеседника, поставить его впросак и потребовать расплаты за бессмыслие или оплошность: — Таня, Саня, Лизавета Ехали на лодке. Таня, Саня утонули. который остался в лодке? — Лизавета. — Хлоп тебе за это! Ребенок, ставший предметом насмешек, получает лучший жизненный урок и пытается его усвоить. Если критика справедлива — вероятно, ее нужно принять и постараться исправиться. В этом случае можно пользоваться мирилку ("Мирись, мирись, мирись… "). Иное — когда насмешка несправедлива, обидна.

На сущность и форму произведений детского фольклора оказывали влияние изменяющиеся общественные условия. Во второй половине XX в. большинство детей стало городскими жителями. Между тем в психическом развитии детей осталась неизменной нужда пройти через этап ярких переживаний необъяснимо-чудесного, которое порождает ощущение страха, и преодолеть этот страх. В феодальной деревне такая потребность удовлетворялась общенародной фольклорной традицией (дети слушали и сами рассказывали былички, легенды, сомнение). Современные дети имеют иной кругозор. Его формируют городской быт, литература, кино, радио, телевидение. Однако фасон устного слова сохраняет свое значение. Некогда Г. С. Виноградов отметил у детей "беспримерный вид устной словесности, представленный прозой" — сказку. Стихийный поток современного детского повествовательного творчества — "страшные истории" (беспричинно их называют дети) или "страшилки" (так их стали называть исследователи) — сделался предметом изучения фольклористов, психологов и педагогов с 1960-х гг. сообразно-видимому, к этому времени и относится начало массового бытования детских страшных историй. Страшилки функционируют по всем правилам фольклора: закрепляются традицией, передаются "из уст в уста". Их рассказывают дети всех возрастов, через 5 до 15 лет, однако наиболее характерные возрастные границы — от 8 накануне 12 лет. Известно, что ведущая творческая деятельность младших детей — рисование — постепенно сменяется словесным творчеством. В репертуаре детей первыми появляются стихотворные жанры (чему способствует их махонький объем, ритмичность, связь с игрой). В 6—7 лет происходит важная перестройка принципов мышления: ребенок начинает осознавать причинно-следственные отношения, оказывается способным сохранить и передать содержание рассказа как логическую структуру. Бессознательный эгоцентризм ребенка-рассказчика (уверенность, сколько слушателям изначально все известно) сменяется ориентацией на слушателя, потребностью правильно передать содержание рассказа, успевать от слушателя понимания и реакции. Прочитать остальную часть записи »