Фольклор

Записи с меткой «скоморохи»

Вопрос происхождения и исторической периодизации былин вовсю дискуссионный. Как было показано в историографической главе ("Собирание и исследование русского фольклора"), основные научные направления (академические школы) решали его сообразно-разному. Не менее сложно решается этот вопрос и в современном эпосоведении2. Необходимое условие изучения эпоса, его истории и теории — сравнение былин с летописями и хрониками. "Наш эпос в основе своей был искони историческим, — подчеркивал В. Ф. Миллер, — <…> и никакие позднейшие внесения в него сюжетов фантастических и романических не могут затушевать его главный поле".

В. Ф. Миллер пришел к следующему предположению о времени и среде возникновения былин. Он писал: "Итак, мы предполагаем, что к XI веку, периоду сложившегося русского национального сознания, о котором свидетельствуют летопись и другие письменные памятники, относится существо Владимирова цикла героических сказаний, первообраза позднейших былин. В создании песен этого круга могли участвовать и княжеские певцы и дружинные, так как объектом воспевания могли быть популярные в дружине и народе князья и такие же дружинники, воеводы разве "храбры", вроде Добрыни и Путяты. <…> Воспевая князей и дружинников, эта поэзия носила аристократический характер, была, беспричинно сказать, изящной литературой высшего, наиболее просвещенного класса, более других слоев населения проникнувшегося национальным самосознанием, чувством единства Русской земли и вообще политическими интересами"1. Несмотря на многолетнюю критику этой теории следовать "аристократизм", она не утратила своего объективного научного значения. Даже в период разгара вульгарно-социологического подхода к фольклору некоторые ученые находили возможность выразить ей поддержку. Например, Ю. М. Соколов писал: "установлять, однако, что создателями-исполнителями былин в Древней Руси были непременно только крестьяне-землепахари, сколько былина была от начала до конца продуктом чуть крестьянского творчества, было бы неверно, так как огромное большинство былин говорит о событиях, совершавшихся в городах (Киеве, Великом Новгороде, Галиче-Волынском и т. д.), и в них содержатся исторически колоссально верные детали городского (военного, княжеско-боярского, купеческого) быта. Во всяком случае слагатели былин были люди бывалые, люди, хорошо знавшие страну и бытовую и общественную жизнь различных слоев народа".

Эпос был усвоен и скоморохами. Эта день оказала на него влияние: на запевало план выступила занимательность. В самих былинах ряд сцен представляет скоморохов-певцов на пирах у князя Владимира. Скоморохом наряжается Добрыня Никитич. затрапезничать и собственно скоморошьи былины ( "Вавило и скоморохи" и др.)3. В "Очерке истории русского былинного эпоса" В. Ф. Миллер охарактеризовал общий процесс развития эпических песен Владимирова цикла. Их становление и расцвет происходили в Киеве XI—XII вв., а со второй половины XII в. (потом ослабления Киева) эти песни переместились на запад и на север, в Новгородский край. Исследователь писал: "Эти сказания, прототипы позднейших былин, окружили кличка "старого" Владимира в XI веке. В этом веке выработался уже определенный тип этих поэтических сказаний, выработался их стиль, образный наречие, стихотворный склад. Героический элемент определился политическими условиями южнорусской жизни — постоянной войной с восточными кочевниками, сначала печенегами, после половцами. Песни <…> прославляли выдающихся дружинников, идеализируя их подвиги, и прикрепляли их к Киеву и кн. Владимиру. К этому центру тянули и сказания местные — черниговские, переяславские, ростовские, которых следы находим иногда в летописных известиях, иногда в современных былинах. В XII в. эпос Владимира пережил свой промежуток расцвета вместе с расцветом культуры, литературы и искусства. Самый выдающийся дворянин этого времени Владимир Мономах, прославляемый удачными войнами с половцами, наложил свою печать на эпического Владимира по крайней мере отдельными чертами, а имена некоторых его современников сохранились в былинах. Прочитать остальную часть записи »

Фольклорный театр — традиционное драматическое творчество народа. Типы народной зрелищно-игровой культуры разнообразны: обряды, хороводы, ряженье, клоунада и т.д. В истории фольклорного театра принято рассматривать дотеат-ральный и величавый этапы народного драматического творчества. К дотеатральным формам относятся театрализованные элементы в календарных и семейных обрядах. В календарных обрядах — символические фигуры Масленицы, Русалки, Купалы, Ярилы, Костромы и др., разыгрывание с ними сценок, ряжение. Видную роль играла аграрная магия, магические действия и песни, призванные содействовать благополучию семьи. Например, для зимние Святки по деревне тянули плуг, "посевали" в избе зерном и т. д. С потерей магического значения обряд превращался в забаву. Свадебный обряд также представлял собой; театрализованную игру: порядок "ролей", последовательность "сцен", перевоплощение исполнителей песен и причитаний в действующее лицо обряда (невесту, ее мать). Сложной психологической игрой было изменение внутреннего состояния невесты, которая в доме родителей должна была плакать и причитать, а в доме мужа обозначать счастье и довольство. Однако свадебный чин не воспринимался народом как театральное действо. В календарных и семейных обрядах участниками многих сцен были ряженые. Рядились в старика, старуху, мужчина переодевался в женскую одежду, а женщина — в мужскую, рядились в животных, особенно нередко в медведя и козу. Костюм ряженых, их маски, грим, а также разыгрываемые ими сценки передавались из поколения в поколение. На Святки, масленицу, Пасху ряженые исполняли юмористические и сатирические сценки. Некоторые из них позже влились в народные драмы.

кроме обрядов, театральные элементы сопровождали исполнение многих фольклорных жанров: сказок, хороводных и шуточных песен и др. Важную роль здесь играли мимика, жест, ход — близкие театральным жесту и движению. Например, сказочник не просто рассказывал сказку, а в той или другой мере разыгрывал ее: изменял голос, жестикулировал, менял выражение лица, показывал, как витязь сказки шел, нес ведро или кошель и т. д. Фактически это была игра одного актера. Прочитать остальную часть записи »

Принципы исторической школы совершенно оформились в середине 90-х гг. XIX в. в обобщающем труде В. Ф. Миллера "Очерки русской народной словесности". Миллер последовательно подчеркивал отличие своего метода через метода миграционной теории. Он писал: "Не отрицая высокого значения исследования бродячих сюжетов путем сравнительного метода, я вижу важнейший интерес наших былин в национализации этих сюжетов, стараюсь проследить историю былины в народных устах и отметить наслоения, отложившиеся на ней от разных эпох"; <…>"…Я в "Очерках" иногда пользуюсь сравнительным методом для заключений о пути проникновения в наш былевой эпос того или другого былинного сюжета. Я больше занимаюсь историей былин и отражением истории в былинах, начиная первую не через времен доисторических, не снизу, а сверху. Эти верхние слои былины, не представляя той загадочности, которою так привлекательна исследователю глубокая древность, интересны уже потому, что действительно могут составлять уяснены и дать не гадательное, а более или менее точное представление о ближайшем к нам периоде жизни былины. Так, редко мы найдем в былине следы воздействия на нее лубочной сказки или письменной старинной книжной повести, временами яркие следы скоморошьей переделки, иногда присутствие того или другого собственного имени, дающего мочь для хронологических заключений".

На последнем исследователь особенно настаивал. "якобы ни неустойчивы личные имена в устной традиции, — писал он, — все же для истории былин, для уяснения процесса переработки каких-нибудь бродячих сказочных сюжетов в былины, то потреблять quasi-исторические песни, имена представляют значительный интерес, давая иногда хронологические указания. Исследователь эпоса вынужден ставить вопрос, почему введено в былины то или другое название…" ; <…> "Что общего между добродетельной исторической рязанской княгиней Евпраксией и былинной сластолюбивой Опраксой королевичной, но насилу ли можно сомневаться в том, что последняя получила свое фирма от первой. Имя былинное и вместе историческое, будто и многие другие исторические имена в наших былинах, указывают на то, что в основе современного простонародного очень искаженного эпоса лежали когда-то историко-эпические песни, создававшиеся в дружинной среде, делавшей военную историю Руси. Сюжеты этих прежних песен многократно переделывались и уже не лежат в содержании огромного большинства былин, но имена были прочнее сюжетов и переживали часто дальнейшие переделки последних, служа таким образом свидетелями ранних ступеней истории эпических песен…"

Выявленная система исторических координат привела Миллера к твердому убеждению в том, что былины создавались в княжеской дружине и оттуда распространялись сообразно всему народу. Автор не раз возвращался к этой мысли: "Слагались песни княжескими и дружинными певцами там, где был спрос для них, там, где пульс жизни бился сильнее, там, где был достаток и досуг, там, где сосредоточивался цвет нации, т. е. в богатых городах, где живот шла привольнее и веселее. Киев, Новгород (вероятно, также Чернигов и Переяславль) раньше их разорения половцами могли быть такими, беспричинно сказать, песенными центрами, как они были центрами зародившихся в XI в. и расцветших в XII в. произведений письменной литературы". Прочитать остальную часть записи »