Фольклор

Записи с меткой «игры»

Помимо заумных известны считалки-числовки и преимущественно популярные среди детей сюжетные считалки. Числовки могут быть бессюжетными, кумулятивными и с зачатками сюжета ("Раз, два — кружева…’). Сюжетные считалки заимствуют отрывки из колыбельных песен, песен и частушек взрослого репертуара, из детских игр, дразнилок, из популярных детских стихов (С. Михалкова, К. Чуковского и др.). Некоторые тексты очень устойчивы. Например, и в XIX, и в XX вв. фольклористы записывали в разных местностях варианты считалки "Катилася торба С высокого горба…".

Игровые приговорки и припевки были включены в игровое действие и способствовали его организации. питание этих произведений определяла сама игра.

В играх дети изображали семейный быт и трудовые занятия деревни, что готовило их ко взрослой жизни. В детских играх сохранились отзвуки древних языческих игрищ ("Костромуш-ка ), следы почитания огня ("Курилка’), солнца ("Золотые ворота ") и других объектов. К детям изредка переходили хороводные игры взрослой молодежи. Некоторые игры младших детей возникали как инсценировки прибауток. Прибаутки вносили в игру кумулятивную композицию, а в сопровождающий ее словесный цепь — ритмичность, звукоподражания и проч. Прочитать остальную часть записи »

Егорьев число был днем пастухов, их угощали и одаривали. Они произносили заговоры, производили разнообразные магические действия с целью сохранить стадо в течение лета. положим, пастух обходил стадо по кругу, неся в руках ключ и чертог, потом замок запирал, а ключ бросал в реку.

Главным праздником православного христианства является Пасха. Ей предшествует Вербное день — самобытный русский праздник.

В народе существовали представления о плодоносящих, целебных и охранно-магических свойствах веток вербы с распушившимися почками. В Вербное воскресенье эти ветки освящались в церкви, а после ими принято было слегка хлестать детей и домашних животных — для здоровья и роста, приговаривая: "Верба хлест, бей прежде слез!" Прочитать остальную часть записи »

По мере исторического развития стали возникать сомнение и о прирученных домашних животных и птицах. Славян повседневно окружали и сделались персонажами их сказок вол, лошадь, баран, овца, собака, кот, петух, утка, гусь. В сомнение вошел и сам человек как равноправный сообщник событий. Поскольку эти сказки уже очень давно предназначались в основном ради маленьких слушателей, то и действующие в них люди приобрели типизацию, понятную детям: дед, баба, внук, внучка. разум человека и дружба, взаимопомощь домашних животных стали противопоставляться грубой силе и хитрости обитателей дикой природы. Наиболее архаичный сюжетный пласт животного эпоса относится к доземледельческому периоду. В этих сказках в основном отражен реальный древний быт, а не воззрение людей, которое тогда было в зачаточном состоянии. Прямые отзвуки верований, обожествления зверя, обнаруживаются в единственной сказке — "Медведь на липовой ноге. Поверья восточных славян о медведе, разнообразные весть фольклора, этнографии и археологии свидетельствуют о том, что здесь, как и у многих других народов, неловкий действительно был обожествлен. Сказка "Медведь для липовой ноге" напоминает о существовавшем некогда запрете наносить ему вред. Во всех остальных сказках неловкий одурачен и высмеян.

Например: "Жила-была баушка. Поехала в лес сообразно хворост. Вдруг слышит: в болоте хряснуло, в лядине стукнуло — медведь иде. — Бабка, бабка, съем я кобылку. — Не ешь, такой-сякой, дам тебе теплушку". В второй раз она пообещала медведю крепушку, а в третий — по-томбалку. Но если зверь пришел за этим в деревню, то оказалось, что теплушка — это теплая печушка-запечушка, для которой лежит бабушка; крепушка — крепко запертые ворота; потомбалка — "в лес не едет согласен дров не везет" ("Медведь и старуха").

Здесь можно назвать некоторый сюжеты: "Кот и дикие животные", "Медведь учится играть на скрипке (alias плотничать)", "Мужик, медведь и лиса". Глупее медведя оказывается, пожалуй, только волк. Прочитать остальную часть записи »

Народные бытовые сатирические драмы ("Барин", "Мнимый дворянин", "Маврух", "Пахомушка" и др.) примыкают к святочным и масленичным играм. В их основе — драматические сценки, которые разыгрывались и ряжеными. Иногда одно представление содержало две-три сценки. Так, в "Барине", опричь суда Барина, разыгрывались сценки покупки коня и убоя быка на мясо. При этом господин и суд вершит, и покупает коня, и убивает быка. Сатирически изображались местная жизнь и нравы сам господин. Проситель (называется вымышленным именем — например, какого-нибудь парня в селе) жалуется на Парасковью: она, дескать, летом любит его, а зимой другого парня — Василия. Барин подзывает Парасковью и спрашивает, почему она зараз двух любит. "Парасковья также настоящее имя какой-нибудь девицы на селе. взамен нее на зов Барина подходит кто-нибудь из фофанцев <ряженых>и начинает удаваться и ругаться с просителем. Говорят кто что вздумает; который сильнее и остроумнее выругается, тот и больший успех имеет у публики. Барин и Откупщик советуются громко, кто из судящихся виновен и кого наказать: парня или девку; признают виновной, напр., девицу. Барин говорит: "начинать-ко, Парасковья, приваливайся-ко спиной-то!" Парасковья подчиняется решению суда и подставляет спину. Откупщик наказывает ее плетью. За первым просителем является другой и выкладывает еще какую-нибудь просьбу про соседа, про жену и пр. В происхождение просьб кладется обыкновенно какой-нибудь действительно существующий в селе случай, который, конечно, преувеличивается, доводится до смешного, перед абсурда и, таким образом, суд является сатирой на местную жизнь и нравы, подчас очень злой, порой жестокой. если просителей больше нет и все просьбы рассмотрены, приведены решения суда и исполнены приговоры, начинается продажа коня" .

Следует отметить, что для Святки ряженые отдельно разыгрывали сценки с конем и быком. В драме "Мнимый барин" (другие названия: "дворянин и староста", "Афонька малый и барин лысый") в сатирическом плане изображен помещик, который разорился, но относительный этом не знает и сохраняет старые привычки. Из разговора Барина с Трактирщиком, Слугой, Старостой, которые откровенно издеваются над ним, зрители узнают, что "король-то неприправленный", а крестьяне живут в большой бедности. В деревне на семь дворов один топор; крестьяне строят большие дома — собачки бежат, в окошечко глядят; для пашню выезжают всей деревней на одной сохе и то на козе; у крестьян урожай велик бывает: колос от колоса — не слышно человеческого голосу; связка от снопа — столбовая верста, а копна от копны — сутки езды; тихо едешь — два проедешь. Копны — курица перешагнет, коровы дают мало молока, курицы плохо несутся и т. д. Дальше оказывается, что барский жеребец помер, а мать Барина поколела, трехэтажный дворец сгорел и т. д., т. е. Барин совсем разорился. Выслушав Старосту, Барин спросил: "Где ты сообразно сие время шлялся?" Староста: "Я на вашей красной шлюпочке катался". дворянин: "Видите ли: у барина петля на шее, а он на красной шлюпочке катался!" На это атаман ответил: "Если бы была у вас, барин, петля для шее, я взял бы тримбамбули-бом да и задавил бы". В заключительной фразе — прямая предостережение помещику .

Картины бедности крестьян, разорения Барина, отношения к нему Трактирщика, Слуги, Старосты были созданы на основе богатого юмористического и сатирического фольклора (бытовых сказок, анекдотов, пословиц и поговорок). Богат и выразителен язык драмы. Драма "Маврух" возникла для основе святочной игры "в покойника". Во время игры рядили "покойника" и ряженый "священник" отпевал его. Покойник оживал. На связь со святочной игрой указывает и то, наподобие был наряжен "покойник", а также реквизит "попа". Прочитать остальную часть записи »