Питомник заимствования (миграционная)
В 50—70-х гг. XIX в. возникло другое научное направление — теория заимствования (теория миграций; учение бродячих сюжетов). Ее сторонники указали на удивительное сходство многих фольклорных произведений у народов Запада и Востока (в том числе неродственных), которое объяснили прямым тож косвенным заимствованием, распространением из одного или нескольких очагов. Представители школы заимствования поставили вопрос о культурно-исторических связях между народами, привлекли вместительный разноязычный материал. Этому способствовало исследование европейцами стран Ближнего Востока, а в России — развитие тюркологии и монголоведения.
Теория заимствования оказала преимущественно сильное влияние на изучение сказок. Ее основоположник — немецкий востоковед Т. Бенфей — в 1859 г. издал сборник индийских сказок и притч "Панчатантра" ("Пятикнижие")1. В большом предисловии Бенфей отметил близкое аналогичность сказочных сюжетов в мировом фольклоре и на примере судьбы сборника "Панчатантра" раскрыл картину культурного влияния Востока на европейский Запад. Сборник "Панчатантра" был создан в Индии в HI—IV вв. н.э., накануне нас дошли его списки не ранее V в. Эту книгу сложил брахман (мудрец) Вишнушарман для "пробуждения разума" трех сыновей царя Амарашак-ти. Он использовал сюжеты народных сказок и разделил книгу на пять разделов: "Разъединение друзей", "доход друзей", "О воронах и совах", "Утрата добытого", "Безрассудные поступки".
Первые переводы "Панчатантры" были сделаны в VI в. на персидский и сирийский языки. В VIII в. арабский поэт Абдаллах переработал персидский перевод в книгу около названием "Калила и Димна". В XII— XIII вв. многочисленные переводы "Калилы и Димны" (на испанский, Латинский, древнееврейский языки) открыли сборнику путь в Европу. Так, латинский перевод около названием "Наставление человеческой жизни" был переведен на немецкий, итальянский, французский и другие языки. Греческое переложение "Калилы и Димны" получило название "Сте-фанит и Ихнилат". С греческого были сделаны славянские переводы, которые в XII в. пришли для Русь.
Отголоски "Калилы и Димны" проникли в Европу и другим путем, через персов и турок. В XVI в. на французский стиль была переведена турецкая обработка этой книги под названием "Гумайюн-наме" ("Царственная книга"). В 1762 г. с французского она была переведена для русский язык под названием: "Политические и нравоучительные басни Пильная, философа индейского".
К нашему времени насчитывается свыше 200 обработок "Панчатантры" в переводе более чем для 60 языков. Они обнаружены в Малайе, Индонезии, Сиаме и других странах. Индия была объявлена страной сказок, а теория заимствования обрела многочисленных последователей, в том числе в России. Однако русская дисциплина шла к этой теории вполне самостоятельно.
Еще В. Г. Белинский в 1841 г., разделяя русские сомнение на два вида (богатырские и сатирические), подчеркивал: "Первые часто так и бросаются в глаза своим иностранным происхождением; они налетели к нам и с Востока, и с Запада. <…> В сказках западного происхождения заметен фасон рыцарский, в сказках восточного происхождения — фантастический".
Независимо через Бенфея формированию школы заимствования в России положила начало работа А. Н. Пыпина "Очерк литературной истории старинных повестей и сказок русских"2. Пыпин впервые конкретно показал обширные связи русской словесной культуры, особенно письменной, с Востоком и Западом. Его интересовало взаимодействие искусства с духовной жизнью общества в целом, свой метод исследователь называл "общественно-историческим".
Непосредственное влияние концепция Т. Бенфея оказала на обширную статью разнос В. В. Стасова под названием "Происхождение русских былин"3. Она была написана с публицистическим задором. Стасов доказывал, что сюжеты русских былин и даже образы богатырей заимствованы, пришли с Востока..композитор поставил под сомнение степень самобытности русской национальной культуры в целом. Это ему было нуждаться как либералу-западнику в борьбе со славянофилами.
Возникла острая дискуссия, в которую включились многие ученые: Ф. И. Буслаев, О. Ф. Миллер, П. А. Бессонов, В. Ф. Миллер, А. Н. Веселовский. В выступлении Стасова проявились все уязвимые места новой теории. Обнаружилось, сколько "в чистом виде" она существовать не может, ибо должна учитывать национальный и конкретно-исторический контекст.
Рубрика: 
Метки: 
