Фольклор

Во эпоха ярмарок строились балаганы. Балаганы — временные сооружения для театральных, эстрадных или цирковых представлений. В России они известны с середины XVIII в. Балаганы обычно располагали на рыночных площадях, близко мест городских гуляний. В них выступали фокусники, силачи, танцоры, гимнасты, кукольники, народные хоры; ставились небольшие пьесы. Перед балаганом сооружался балкон (раус), с которого артисты (обычно два) или дед-раёшник зазывали публику на просьба. Деды-зазывалы выработали свою манеру одеваться, обращаться к зрителям.

"Первые театральные ожоги я получил в крепкие рождественские морозы, когда мне было лет восемь. В рождественском балагане я в передовой раз увидел тогда ярмарочного актера Якова Ивановича Мамонова — известного в то время для Волге под именем Яшки как ярмарочный куплетист и клоун.

Яшка имел замечательную вид, идеально гармонировавшую с его амплуа. Он был хотя и не стар, но сообразно-стариковски мешковат и толст — это ему и придавало внушительность. Густые черные усы, жесткие, как стальная дратва, и до смешного сердитые глаза дополняли вид, созданный для того, чтобы внушать малышам суеверную жуть. однако страх перед Яшкой был особенный — медовый. Яшка пугал, но и привлекал к себе неотразимо. Все в нем было чудно: громоподобный, грубый хриплый крик, лихой жест и веселая развязность его насмешек и издевательств над разинувшей рты публикой. Прочитать остальную часть записи »

Фольклор имеет приманка художественные законы. Устная форма создания, распространения и бытования произведений — та главная особенность, которая порождает специфику фольклора, вызывает его отличие через литературы.

Ярилин день сообразно времени совпадал с праздником Ивана Ку-палы и отмечался там, где Купалу не праздновали. В. К. Соколова писала: "Можно почти с полной уверенностью поставить знак равенства промеж Купалой и Ярилой. Купала — название более позднее, появившееся у восточных славян, когда праздник, наравне и у других христианских народов, был приурочен ко дню Иоанна Крестителя. Там же, где праздник этот не привился (вероятно, потому, сколько он приходился на пост), сохранилось местами древнее слово Ярилин день. Справлялся он перед постом. Это был праздник летнего солнца и созревания плодов…".

затем Ивана Купалы, перед Петровым днем, совершались похороны Костромы. Кострома — чаще всего чучело из соломы и рогож, одетое в женское наряд (эту роль могла также исполнять одна из участниц обряда). Кострому украшали, клали в корыто и, имитируя похороны, несли к реке. Одни провожающие плакали и причитали, другие с грубыми остротами продолжали свое дело. У реки кукла раздевали и бросали в воду. При этом пели песни, посвященные Костроме. Затем пили и веселились.

Слово "кострома" происходит через "костра, кострика" — мохнатая верхушка трав и колосьев, созревающие семена. По-видимому, обряд принужден был помочь созреванию урожая. Летние празднества, молодежные гулянья и увеселенья заканчивались на Петров день (29 июня). Его обряды и поверья были связаны с солнцем. Верили в необычное горение солнца. Говорили, что солнце "играет", т.е. разделяется для многочисленные разноцветные круги (подобные поверья были приурочены также к Пасхе). В петровскую ночь никто не спал: караулили солнце. Толпа разряженной молодежи шумела, кричала, стучала косами, заслонками, палками, бубенцами, плясала и пела под гармошку и уносила у хозяев все, сколько плохо лежит (сохи, бороны, сани). Это сваливалось в кучи где-нибудь за деревней. На рассвете ждали солнце. Прочитать остальную часть записи »

По форме изложения духовные стихи распадаются на ряд песенных групп. Старшие эпические стихи строятся чистый ряд последовательных эпизодов (например, изображающих жизнь персонажа: "Алексей Божий смертный"). Другая группа представляет собой монологи-причитания ("Плач Адама"). Одной из основных форм старообрядческих псальм также являются монологи ("Покаянный стих"). Заметное место занимают стихи, построенные ровно диалоги персонажей. Во всех этих группах совпадает только концовка — провозглашение вечной славы тому, о ком пропето, или Богу, разве им обоим. Последним словом часто бывает аминь (т. е. ‘истинно беспричинно’) — священное конечное заклинание. В построении песенных строк духовные стихи опирались на традиции русского народного тонического стихосложения, без рифмы. Характерны строки с тремя ударениями, когда последнее ударение падает на 3-й тож на 2-й слог от конца строки. впрочем, как отмечал Ф. М. Селиванов, у духовных стихов нет единых принципов композиции стиха. В поэтическом стиле духовных стихов используются образы-олицетворения, выступающие в одном ряду с христианскими святыми. Например, в стихе "Аника-боец" Смерть предстает в виде кентавра:

При пути при дороги Аники же чудо объявилось: У чуда ноги лошадины, У чудо тулово зверино, У чуда буйна голова человечья. На буйной главе власы до споясу.

В старообрядческих псальмах была развита система иносказаний, в которой использованы библейские аллегорические образы. беспричинно, люди именуются овцы мысленные. Этот образ восходит к Страшному суду, если Бог воздаст всем по делам их: человечество будет разделено для грешных — "козлищ" и праведных — "овец" (Евангелие от Матфея, 25, 106). В духовных стихах использовались гиперболы, параллелизмы. Часто употребляемые сравнения наследовали, с одной стороны, книжно-христианскую символику, а с другой — фольклорную. Ф. М. Селиванов отметил в сравнениях опору для принцип от неизвестного к известному, от абстрактного к конкретному: грудь с телом расставалась, как птенец со гнездом. Прочитать остальную часть записи »

Как и в былинах, в исторических песнях разрабатывались большие общенародные темы. Однако песни лаконичнее былин, их содержание более динамичен, лишен развитых описаний, постоянных формул, системы ретардаций. Вместо развернутого повествования сюжет ограничивается одним эпизодом. В композиции исторических песен заметную роль играет монолог и разговор. Манера исполнения исторических песен также отличается от былинной: чаще всего их пели вместе, причем каждая песня имела свою, особую мелодию. Стих исторических песен, как и былин, акцентный, но короче (обычно двухударный). С середины XVIII в. в городской и солдатской среде появились исторические песни с литературными признаками: с чередованием рифм и силлабо-тоническим стихосложением; а в XIX в. песни с историческим содержанием стали распеваться вдруг походные, под шаг солдатского строя (чему соответствовали двусложный размер, рифмовка, четкое часть строк друг от друга). Распространялись исторические песни более всего в тех местах, где происходили описанные в них события: в центральной России, для Нижней Волге, у казаков Дона, на Русском Севере. Их начали записывать с XVII в. (записи для Р. Джемса) и записывали для протяжении последующих веков, однако впервые сюжеты исторических песен были выделены и систематизированы (вместе с былинами) в собрании П. В. Киреевского. В 1915 г. вышло в свет отдельное научное издание исторических песен, которое подготовил В. Ф. Миллер. С 1960 сообразно 1973 г. было опубликовано наиболее полное многотомное академическое издание, снабженное нотными приложениями и подробным научным аппаратом .

Сборники свидетельствуют о том, что исторические песни — значительное явление в русском фольклоре. Тем не менее исследователи не пришли к единому мнению относительно времени их происхождения, а также об их жанровой природе. Ф. И. Буслаев, А. Н. Веселовский, В. Ф. Миллер и нынешний ученый С. Н. Азбелев рассматривали исторические песни как явление, существовавшее ранее XIII в. и сделавшееся источником героического эпоса.

Если рассортировать их точку зрения, то следует признать, что и в XX в. исторические песни не прекратили своего существования. Действительно, почему песни о русско-японской войне, о гражданской и Великой Отечественной войнах не являются историческими? Ведь они, как и песни предшествующих веков, создавались сообразно горячим следам событий самими их участниками или очевидцами и были посвящены большим общенародным темам. Иное, более распространенное мнение сводится к тому, что исторические песни — явление, зародившееся потом золотоор-дынского нашествия, а в XIX в. уже угасшее. Они — новый этап в осмыслении народом своей истории, принципиально отличный через осмысления, отраженного былинами (Ю. М. Соколов, Б. Н. Путилов, В. И. Игнатов и др.). Прочитать остальную часть записи »