Пугачев
Цикл песен о Пугачевском восстании составляет против Небольшое количество текстов, записанных на Урале, в Оренбургских степях и в Заволжье от потомков участников иначе очевидцев событий 1773—1775 гг. Необходимо подчеркнуть его связь с разинским циклом (предположим, песня о "сынке" Степана Разина была полностью приурочена к имени Пугачева). Однако в целом положение к Пугачеву в песнях противоречивое: он рассматривается то как царь, то как инсургент.
Во время Пугачевского восстания главнокомандующим войсками в Оренбургском и Поволжском крае был назначен генерал-аншеф граф П. И. Панин. 2 октября 1774 г. в Симбирске состоялась его встреча с захваченным и привезенным туда Пугачевым. Вот будто описывает это событие (по документам) в "Истории Пугачева" А. С. Пушкин: "Пугачева привезли прямо на двор к графу Панину, кто встретил его на крыльце, окруженный своим штабом. "Кто ты таков?" — спросил он у самозванца. "Емельян Иванов Пугачев", — отвечал тот. "Как же смел ты, воришка, назваться государем?" — продолжал Панин. "Я не ворон (возразил Пугачев, играя словами и изъясняясь, по своему обыкновению, иносказательно), я вороненок, а ворон-то еще летает". — нуждаться знать, что яицкие бунтовщики в опровержение общей молвы распустили чувство, что между ими действительно находился неизвестный Пугачев, но что он с государем Петром III, ими предводительствующим, ничего общего не имеет. Панин, заметя, сколько дерзость Пугачева поразила народ, столпившийся около двора, ударил самозванца сообразно лицу до крови и вырвал у него клок бороды. Пугачев стал на колени и просил помилования. Он посажен был около крепкий караул, скованный по рукам и по ногам, с железным обручем при поясницы, на цепи, привинченной к стене".
Народным откликом на это событие стала песня "суждение над Пугачёвым" (см. в Хрестоматии). Песня дает свою интерпретацию встречи, наполняя ее острым социальным смыслом. Подобно героям разбойничьего фольклора (см., например, лирическую песню "Не шуми, маши, зеленая дубравушка…"), Пугачев разговаривает с Паниным важно и мужественно, угрожает ему и этим приводит его в ужас (Граф и Панин испужался, руками сшибался). Даже закованный, Пугачев столь опасен, что его безвыездно московски сенаторы не могут судити.
Песни о Пугачевском восстании известны у разных народов Поволжья: башкир, мордвы, чувашей, татар, удмуртов.
Рубрика: 
Метки: 
